Мирей Матье и "Французский мюзик-холл"

Многое вспомнилось, когда в "Театре эстрады" открылся занавес французского мюзик-холла, и оркестр заиграл "О, Париж!" и "Большие бульвары", мелодии, которые стали для нас своеобразными позывными французской эстрады с тех пор, как их спел в Москве Ив Монтан.

Вспомни­лось, что успех тогда ему принёс не только талант, но и атмосфера времени, и так уж получилось, что его песни тоже стали ка­кой-то частичкой этой атмосферы. Потом к нам приезжали многие - и не только шан­сонье - Эрве Вилар, Жан-Луи Барро, Роже Планшон,

Софи Марсо. Мы услышали голос Эдит Пиаф, а сама она так и не успела приехать... В общем, мы при­мерно представляли, чего надо ждать от французского мюзик-холла. Однако было в представлении и кое-что неожиданное, а какие-то ожидания не оправдались, что, впрочем, тоже естественно, поскольку всё предвидеть невозможно...

Неожиданным оказался ритм представ­ления - стремительный, без пауз и сбоев, как будто и без кульминаций и так называе­мых "коронных номеров" - каждый номер подавался, как самый что ни на есть "корон­ный". Мы к этому не привыкли, в наших эстрадных программах и спектаклях иерар­хия номеров различима отчётливо. В программе французского мюзик-холла разговаривали представители как раз тех жанров, которые обычно молчат. Много го­ворил иллюзионист Жерар Мажакс - не всегда понятно, но весело; и фокусы его были прежде всего весёлыми, озорными. Разговаривали даже акробаты "Ле Марселлис", и их номер также был сначала весёлым и стремительным, а уже потом сложным. Тип эстрадного танца, который показала балетная группа мюзик-холла, уже знаком нам по фильму Жака Деми "Девушки из Рошфора"». Это органичный и красивый сплав многих компонентов - чуть-чуть ба­летной классики, чуть-чуть современного балета, немножко твиста, и всё это - в броской "эстрадной форме".

Прежде чем перейти к главному - к певцам и песням — необходимо посвятить несколько слов восхищения Фреду Роби, "человеку с несколькими голосами". Голо­сов было много - голос самого Роби и пре­лестного пёсика, изготовленного на наших глазах пёсик поговорил немного, после чего его разобрали на части и заменили "му­латкой", которая всё просила коньяку, а потом запела. Она ещё продолжала петь, тянула какую-то ноту, а Фред Роби уже играл на губной гармошке, да ещё и ку­рил - всё одновременно. Ну, знаете ли, это такое высокое мастерство, что даже трудно поверить. Недаром в зале высказывались предположения, что артисту кто-то или что-то помогает, наблюдался, так сказать, элемент недоверия. Думаю, напрасно: по­верить всё-таки можно, хотя и трудно. Так или иначе - номер великолепный, к тому же исполненный с той лёгкостью и арти­стизмом, которых и следовало ожидать от артиста французского мюзик-холла.

Теперь о певцах и песнях. Мишель Дельпеш, анонсированный программой как "но­вая звезда французской песни", обрадовал как раз отсутствием всякой "звёздности". У звёзд французской эстрады, во всяком случае у тех, кого мы видели, при всём разнообразии есть одна общая черта - некоторая отделённость от публики: артист творит на сцене собственный мир, а нам разрешено смотреть на него со стороны. У Мишеля Дельпеша такой отстранённости нет (может быть, пока нет), он очень молод, современен, нервен и весь доверчиво от­крыт нам, зрителям. Именно эти качества и принесли ему успех: трудно было устоять перед тем зарядом нервной энергии, кото­рый он вкладывал в свои простые песенки. Не окончательно сформировавшаяся инди­видуальность имеет свою притягательную силу - на суд публики выносится сама не­законченность, жажда совершенства и стремление быть понятным и нужным. Жажда эта благодарна, а стремление

ис­кренне - искренними были и аплодисменты.

Мирей Матье, занявшую почти всё вто­рое отделение, называют иногда наследни­цей великой Эдит Пиаф, и для этого есть основания: у неё сильный голос, по тембру действительно похожий на голос Эдит Пиаф, дра­матичная манера исполнения.

Но быть на­следницей Пиаф не означает петь "в стиле Пиаф". Потому что такого стиля нет - есть Пиаф, замечательная артистка, выразившая в песнях свою душу и своё время. Душа её была страстной, нежной, глубокой, а время - часто тяжёлым и почти никогда счастливым. И всё это слилось, сплелось в её голосе и песнях, потому они и стали явлением большого искусства. И для того чтобы стать наследницей Пиаф,

нужно су­меть вместить своё, наше время в свою душу, нужно то, что называется яркой ин­дивидуальностью.

У Мирей Матье выразительный голос, мастерство, экспрессия... Но у лучших французских певцов и певиц, которых мы слышали, были эти качества и ещё было что-то своё, более или менее интересное и значительное, но обязательно своё. Как минимум - оригинальная исполнительская манера. В лучшем случае - свой стиль, то есть своё видение и ощущение мира. Возможно, у них были годы ученичества, когда они тоже начинали с подражания кому-то; возможно, Мирей Матье сейчас переживает именно такой период, так что пожелаем молодой и безусловно очень одарённой певице скорее найти себя. Программа французского мюзик-холла не разочаровала - она была интересной и кое в чём неожиданной...

  (P) & (C)  PROPRIETE EXCLUSIVE ABILENE DISC 

Tous Droits Réservés

                                                                                                                      © "Советский цирк" 1967
                                                                                                                      © Юлий Смелков (текст)
                                                                                                                                                                        © Uneviedamour.net (редакция, архивные материалы)
                                                                                   

Большинство фотографий, видео, Авторских статей представленных на сайте, являются частной собственностью 

Abilène Disc и Uneviedamour.net

Все права защищены

(P) & (C)  PROPRIETE EXCLUSIVE ABILENE DISC Tous Droits Réservés
(P) & (C)  
EXCLUSIVE  PROPERTY   ABILENE DISC  All Right Reserved